Плод нашей нелюбви [СИ] - curly_Sue

и направилась на кухню, где Светлана Геннадьевна готовила для себя и дочери вкусный сытный ужин. Девушка притаилась у двери, внимательным взглядом наблюдая за женщиной.

- Долго еще там стоять собралась? – вдруг спросила мама, положив одну руку на бок, а вторую на спинку стула.

Пелагея благосклонно вошла внутрь, испуганно возведя взгляд к потолку. Она почувствовала, как громко застучало ее сердце, а Светлана Геннадьевна… та просто еще не знала, что ее отношение к Диме с легкой руки девушки резко сменит курс всего через минуту.

- Говори, – терпеливо произнесла Ханова-старшая. – Ты ведь за этим сюда пришла?

- Мам, присядь, пожалуйста, – Поля взяла мать за нежные руки и посадила на стул, а затем заняла место напротив нее.

Женщина удивленно вскинула брови и, скрестив руки на груди, приготовилась слушать объяснения.

И Пелагея погрузилась в воспоминания своей беременности.

- …В последний раз я испытывала к нему чувство ненависти, – она судорожно вздохнула, – перед аварией, когда пожелала Диме смерти. С тех пор мы перестали быть врагами, и теперь он для меня самый близкий друг.

Светлана Геннадьевна была поражена. Ее дочь ждет ребенка от Билана! Да еще забеременела с помощью искусственного оплодотворения! Просто в голове не укладывалось. Она поднялась со стула, оглянулась и беспомощно раскрыла рот от удивления, однако так и не смогла выдавить из себя ни слова. Оказавшаяся рядом Поля усадила маму обратно и протянула ей стакан воды. Женщина послушно сделала глоток, постепенно приходя в себя.

- Ну-у… – задумчиво протянула она, поставив пустой стакан на край кухонного стола. – Теперь я знаю и видела обоих родителей своей внучки, поэтому можно не волноваться: малышка родится красивенькой и умненькой, надеюсь, умом пойдет в папу, а не в тебя.

- Ма-а-м, – обиженно произнесла Пелагея.

- Нет, ну а что? – Светлана Геннадьевна нервно передернула плечом. – Ты ведь у меня головушкой пользуешься только в определенных случаях. Я не понимаю, как ты могла пожелать отцу своей дочери смерти? – дочь отвела виноватый взгляд от пристального женщины. – Вот поэтому лучше пусть умом будет похожа на Диму!

«Знала бы ты, как пользуется головой твой многообожаемый Билан! – мысленно ответила Поля, скрестив руки на груди. – Уж лучше быть вообще безмозглой, чем так!».

Обида девушки длилась несколько минут, во время которых Светлана Геннадьевна пила, наверное, третий стакан воды. Затем женщина довольно натурально изобразила разочарование и обеспокоенность дальнейшей судьбы своей дочери и внучки – как же они теперь общаться с Димой-то будут?.. Внешне она была больше похожа на побитую кошку, но ликовала внутри. Ее внучка будет расти в нормальной семье! Как ей сейчас хотелось собрать Полю, Диму и его родителей за одним столом, обсудить детали выдуманной ею свадьбы! Ведь молодым людям удалось наполовину приблизиться к ее скрытому желанию – Поля и Дима помирились. Но впереди еще вторая половина пути, которая обещает быть вдвойне трудной!..

- Полюш, а какие у вас с Димочкой отношения? – как-то странно спросила Светлана Геннадьевна, удобно устроившись за столом.

- Мы просто друзья, – Пелагея недоуменно пожала плечами, до конца не рассказав маме всей истории. Например, женщина не знала о том, что Дима испытывает к блондинке совершенно недружеские чувства. Да и рассказывать Поля пока об этом не собиралась. А еще этот ее «Димочка» крайне начинал пугать. И откуда взялась такая любовь?.. Ведь несколько часов назад она была готова обоих испепелить презрительным взглядом.

- Полюш, я же вижу, что вы не друзья, – настаивала Ханова-старшая. – Давай рассказывай дальше, я тебя внимательно слушаю.

- Да мне нечего рассказывать, – спокойно ответила Поля. – Пока ты была в Новосибирске, я жила у Димы в загородном доме: он заботился обо мне, выполнял все капризы, иногда бесил меня, – чуть тише сказала она. – Я тебе уже все рассказала, больше мне нечем дополнить свой рассказ.

Светлана Геннадьевна слушала внимательно, и лицо ее светлело с каждым новым словом Пелагеи.

- Какой Димочка хороший, – женщина покачала головой, – не каждый ведь выдержит в доме беременную девушку, да еще и в обличие тебя, Полюш.

- Ма-а-ам, – устало протянула певица.

- А ты приглядись, дочка, приглядись. Ты только посмотри, сколько у Димы плюсов! Так, – Ханова-старшая встала со стула и взяла с холодильника блокнотик и ручку. – Ну-у, во-первых, он добрый, – начала перечислять она, сделав запись в блокноте. – Заботливый, терпеливый, готов очень давно к детям…

- Мама, даже не вздумай нас сводить, – предупредила Поля.

- А ты не мешай, – отмахнулась Светлана Геннадьевна. – Иди лучше отдохни, я пока список напишу!

Тяжело вздохнув и поняв, что с ней спорить бесполезно, Пелагея покинула кухню.

- Хозяйственный… – продолжила мама. Список мгновенно стал пополняться, а желание женщины поженить этих двоих возросло еще больше.

Переступив порог любимого ресторана Виктории, Билан прошелся беглым взглядом по лицам посетителей. Она сидела в самом отдаленном местечке, чтобы никто не сумел отвлечь их от предстоящего серьезного разговора. Присев напротив девушки, Дима невольно вспомнил свое последнее посещение этого заведения: прошло три месяца с того момента, как он, не сумев сдержать свой язык за зубами, пообещал любимой девушке устроить выкидыш. Он вздрогнул, вспомнив все свои слова. Это было опрометчивый поступок с его стороны – так стараться ненавидеть своего самого дорого человека, пытаться защитить ту, которую действительно стоит опасаться. Сейчас в глазах брюнетки читалась неимоверное волнение, смешанное с огромной злостью, что Дима никогда не замечал